ВОЗВРАЩЕНИЕ

сказка

— Дмитрий Анатольевич, Михаил Александрович, — бледный глава администрации без стука ворвался в кабинет. Федотов и президент занимались важными государственными делами - резались в «World of Warсraft» на ай-падах. — Сведения подтвердились!..

— Что? — гаджет выпал из ладони Дмитрия Анатольевича. — Но... Но этого же быть не может! Метафизика!

— Эксперты ФСБ подтвердили: могила у кремлевской стены пуста, следы ведут к воротам Спасской башни.


— Мне вообще-то пора домой, — засуетился председатель комиссии по правам человека. — Подготовка законопроекта, понимаете ли... Хочу поработать.

— Не бросайте меня одного! — в ужасе воскликнул президент. — Если это правда...

— Исключено, — твердо сказал Федотов. — Вас что, при тоталитаризме в университете материалистическому мировоззрению не учили?

— Учили, — вздохнул Дмитрий Анатольевич.

— Вот и вспомните курс марксизма-ленинизма. До свидания.

— Но…

— А я-то тут при чем? — обернулся стоявший в дверях Федотов. — Пожалуйста, обратитесь к федеральной службе охраны. Аревуар.

Створки закрылись. Президент отложил ай-пад: играть не хотелось, скачать обновление для «Трех веселых свинок» не вышло, жэжэшечка снова не грузилась, а в Твиттере троллили Тину Канделаки. Дмитрий Анатольевич коснулся кнопки вызова начальника личной охраны.

Никто не ответил. Странно.

— Разрэшите я войду, — на пороге кабинета появился усатый незнакомец. — Давно здесь не был...

— Но как??? — взвыл обладатель ай-пада, отскакивая за кресло. — Не верю!

— А придется, — сообщил человек без всякого акцента. Прошелся по кабинету заложив руки за спину, с любопытством осмотрел планшетник, взял в руки. Открыл страницу Google. Уселся в президентское кресло. Дмитрий Анатольевич стоял в углу ни жив, ни мертв.

— Для начала сдэлаем запрос «Темпы промышленного роста в России», — тихо сказал усатый. — Что вы над душой висите, гражданын Мэдведев? Присядьте. Разговор прэдстоит долгий.

* * *

— Где мой партбилет? — орал Федотов на перепуганную жену. — Куда ты его засунула, курица?

— За иконой, — икнула супруга. — Сам же туда положил еще в 1991 году!

— Ах, зараза, где бы френч найти? — охал председатель комиссии. — Звони подруге во МХАТ, в костюмерную... Френч, галифе и сапоги! Чтоб бегом!

* * *

Над Кремлем поднималось туманное утро. Крепких мальчиков из ФСО в дорогих костюмах к утру заменили на товарищей в фуражках с краповыми околышами. Перед Боровицкими воротами стояла очередь из роскошных лимузинов с предусмотрительно снятыми мигалками.

— Пра-апустить! — ревел на охрану режиссер Никита Михалков. — Мой отец... Автор гимна! Сталинские премии!

— Товарищ, не шумите, — вежливо сказал майор при портупее и нагане. — Сейчас выпишем пропуск и пройдете. Видите сколько народу?

Михалков бегом, прыгая через три ступени, взмыл на третий этаж Большого Кремлевского дворца. Да, очередь колоссальная. Множество знакомых лиц — например, бывший вице-премьер Немцов бурно спорил с кучерявым азербайджанцем, зажавшим под мышкой шахматную доску о том, кто из них больше любит великого вождя и учителя.

— Вы последней будете? — выдохнул Михалков, обратившись к старушке в вуалетке и с ридикюлем. Запнулся. — Людмила Михайловна Алексеева? А вы-то что здесь делаете?

— Пришла с заявлением о нарушении прав русского населения в Прибалтике, — твердо ответила правозащитница. — Надеюсь, строжайшие меры примут незамедлительно!

— Ага, ага, — кивнул Михалков. — А я с предложением снять масштабный римейк фильма «Падение Берлина»...

Скрипнула дверь. В коридор вышел заплаканный Дмитрий Анатольевич держась за распухшее и красное ухо.

— Следующий, — ровно сказал секретарь-полковник. — Федотов Михаил Александрович, пожалуйста.

Пожилой товарищ при темно-песочном френче, в начищенных до блеска сапогах и с алым бантиком на груди твердым шагом вошел в кабинет. Положил на стол пухлую папку.

— Здесь всё, — сказал Федотов. — Кто что говорил или наоборот, не говорил. Кто о чем думал, а кто думал, но молчал. Вся компания — Ковалев, Ганнушкина, Альбац, Ганапольский, Ясина, Венедиктов...

— Таварыщ Вэнедиктов? — удивился новый хозяин кабинета. — Он был тут до вас. Назначен руководитэлем Телеграфного Агентства Саветского Саюза. Посмотрим как себя проявит на отвэтствэнном посту. А у меня для вас тоже назначение — начальником пятого управлэния КГБ. Отвечать будэте за идеологию. Согласны?

— Всей душой! — воскликнул Федотов прижимая руки к сердцу. Надежды на худшее не оправдались. — Жизнь не пощажу!..

Когда Федотов покинул комнату, Сам взял трубку.

— Алё? Товарыщ Берия, не забудьте — Вторая большая чистка аппарата ровно черэз год. Когда они проявят сэбя во всэй красе... И вот еще, Лаврентий — прикажи дырки в крэмлевской стэне заделать. Нэкрасиво.