Гунтер (gunter_spb) wrote,
Гунтер
gunter_spb

Categories:

НУ И ЕЩЕ ЧУТОК "ШПЕЕРА-2

В целом все главные события уже почти произошли, обустраиваемся в рейхсканцелярии.

(как обычно, смотрим только фактологию, очепятки и прочее устраню сам+корректор)

Все события происходят вот в этой комнате:


Посмотреть на Яндекс.Фотках

Рассказывает Альберт Шпеер.

* * *

В механистической функциональности германского «порядка» есть и свои положительные стороны. К полудню 4 ноября я имел достаточное представление о текущей обстановке и моя «походно-полевая рейхсканцелярия», как пошутил господин Дитмар, работала в самом напряженном режиме.

В словах гауптштурмфюрера был свой резон. Подавляюще-торжественный канцлерский кабинет всего за несколько часов преобразился: критический недостаток мебели компенсировали тем, что я попросил военных перенести из столовой два круглых стола со стульями и поставить их у южной стены, ближе к камину. Штат возрос до восьми человек – фон Корцфляйш и подчиненный ему комендант Берлина генерал Хазе, явившиеся к мне «на прием» из ОКХ на Бенделерштрассе так же предусмотрели создание армейского узла оперативной связи и выделили мне «адъютанта от комендатуры», что лишним не оказалось. Победит тот, кто владеет информацией в полном объеме.


Нашелся Аппель, точнее его оперативно отыскали по моему прямому приказу и доставили на Вильгельмштрассе – если начальник стройуправления и был взвинчен при виде царящей в городе суматохи, то виду не подавал. Как обычно собран, деловит и готов к любым трудностям.

- Побудете денек министром вооружений, Юлиус, - огорошил я Аппеля, едва мы поздоровались. Он лишь бровь вздернул. – Просто мне некого сейчас найти себе на замену. Уверен, справитесь. Немедленно займитесь мобилизацией «Организации Тодта» в соответствии с планом «Валькирия», все предписания вы обязаны помнить.

- Знай мой престарелый отец, какую блистательную карьеру совершит его непутевый отпрыск, - Аппель снял пальто и бросил на кресло, - наверняка раскаялся бы в подзатыльниках, которыми щедро потчевал меня в детстве. Где лучше расположиться?

- Где угодно.

Господин Аппель, как я уже отмечал, абсолютно не страдал рефлексией. Оглядевшись, он узрел свободный стол, подошел к нему, проверил работают ли телефоны (правительственная спецсвязь частично начала действовать к одиннадцати утра) и тотчас потребовал соединить с нашей главной конторой на Паризерплац 3. Тот факт, что Аппель занял рабочее место канцлера его ничуть не смутил и не взволновал, по-моему он не обратил на это и малейшего внимания.

Единственным, о чьем отсутствии я сейчас жалел, был мажордом рейхсканцелярии Канненберг – обаятельный толстяк, умело руководивший хозяйственной деятельностью и в частности кухней. Увы, но Гейдрих приказал отстранить весь старый персонал до единого человека, особенно тех, кто напрямую соприкасался с Гитлером: они «шефа» боготворили, а следовательно были потенциально опасны. Отсутствие Канненберга означает, что все мы сегодня останемся голодными – в кабинет доставили два армейских котелка с жидковатым кофе, однако на этом кулинарные способности оккупировавших здание военных иссякли: они и посуду-то приличную найти не удосужились!

- Закажем в ресторане гостиницы «Адлон» через два квартала, пошлем курьера, - подсказал выход Аппель, услышав мои невнятные жалобы, - у меня с собой есть немного наличных, потом компенсируете из министерских фондов...

И снова взялся за телефонную трубку. Любопытно, этот человек подвержен хоть каким-нибудь эмоциям? Убежден, в случае внезапного Конца света айнзатцгруппенляйтер первым делом составит подробный план действий, оформит его в соответствии с инструкциями и указаниями вышестоящих органов, а затем потребует завизировать бумаги в Небесной канцелярии и поставить печать.

...Итак, что же мы имеем по состоянию на 11:45 утра?

Подчиненные генералу фон Хазе войска полностью заняли город, «Валькирия» сработала безотказно. Так называемый «Охранный батальон» (отдельная часть численностью до полка) контролирует центр, поднят гарнизон Шпандау, с ними кадеты пиротехнического и инженерно-технического училищ Вермахта.

Добавочно, танковые училища в Крампнице и Вюнсдорфе, курсы усовершенствования Панцерваффе в Гросс-Глинике, пехотное училище в Дёберице, унтер-офицерское в Потсдаме – эти занимают важнейшие транспортные узлы, Гауптбанхоф, перекрывают магистрали. Создан опорный пункт в Цейхгаузе и бывшем королевском дворце. Две ударные группы патрульной службы сухопутных войск захватили министерство пропаганды, доктор Геббельс арестован еще ночью дома, на вилле на острове Шваненвердер. Препровожден на Принц-Альбрехтштрассе, во внутреннюю тюрьму РСХА.

Осложнения с радиоцентром на Мазуреналлее продолжались до девяти часов – эсэсовская охрана отказалась сдать оружие, пришлось применить силу. Сейчас здание контролируют 4-й учебный батальон и 2-я кадровая рота. Радиостанцию Кёнигс-Вустерхаузен удалось взять силами одной танковой разведроты без единого выстрела, отказавшиеся подчиниться приказу Гейдриха эсэсовцы разоружены и заперты.

Хуже всего дело обстоит с «Главным ведомством личного штаба рейхсфюрера» в Халензее-Кюрфюрстендам, бой продолжается до сих пор, используется бронетехника. Казармы Лейбштандарта «Адольф Гитлер» на Финкенштейналлее окружены, но обошлось без инцидентов – Зепп Дитрих постарался, у него колоссальный авторитет.

Сорок минут назад поступило шифрованное сообщение от Гейдриха – бывший рейхсфюрер Генрих Гиммлер погиб в перестрелке (на самом деле, как я узнал два дня спустя, застигнутых врасплох Гиммлера, Рудольфа Брандта, Карла Вольфа, начальника Feldkommandostab RFSS Курта Клонбауха и некоторых других высших чинов без ненужной лирики расстреляли во дворе замка принца Альбрехта на Вильгельмштрассе 102 верные Гейдриху офицеры во главе с Олендорфом). Что происходит в Каринхалле сведений пока нет, но рейхсмаршал так же подлежит незамедлительному аресту...

Скоро двенадцать, а это значит, что по радио будут передавать записанное заранее обращение Вицлебена. Общую канву я представляю, граф Шуленбург обрисовал в двух словах, да и на недавней встрече в Ванзее это обсуждалось. Однако, есть важнейший нюанс, который путает все карты – до сих пор неизвестно, жив фюрер или нет.

Больше всего меня потрясли вовсе не введение чрезвычайного положения и не танки возле Бранденбургских ворот. Исходно речь шла о различных вариантах «изоляции» Гитлера с обязательным условием: фюрер остается символом, знаменем, пускай отстраняется от управления и прежде всего от командования войсками. Какое-то время он может оставаться в Оберзальцберге или Восточной Пруссии под внимательной охраной, с гарантией удаления людей, оказывающих на Гитлера дурное влияние – прежде всегои мелись в виду Борман и его партийная клика. «Какое-то время» понятие крайне расплывчатое, но исходно подразумевалась как минимум стабилизация на фронтах под руководством высшего генералитета и партийная чистка.

В давешнем приватном разговоре с Аппелем мы обсуждали и совсем иной вариант. «Знамя» и «символ» это, конечно, прекрасно, но что произойдет, если этот символ перестанет принадлежать нам? Решительное устранение высшей прослойки НСДАП, ленивых зажравшихся функционеров, не подразумевает ликвидацию или отправку в лагеря восьми с лишним миллионов членов партии! А среди них обязательно найдутся те, кто останется недоволен действиями новых властей и сохранит слепую преданность фюреру... Особенно, если он жив.

Вывод, кажется, очевиден: оппозиционной партэлите среднего звена нельзя оставлять живое знамя, вокруг которого она сможет объединиться. Последствия окажутся плачевными: гражданское противостояние при ведении войны с внешним противником неземедлительно приведет государство к закономерному и быстрому краху.

Я был категорически против убийства. Дело даже не в том, что я всем обязан Адольфу Гитлеру и считаю (считал?) его своим другом, если у него вообще могут быть друзья. Повторю тезис о стержне, каркасе, на котором держится эпоха – убери его, и здание рухнет. Этого я опасаюсь до дрожи.

Не думаю, что англичанам или русским пришлось бы легко, уйди из жизни Черчилль со Сталиным. Впрочем, англичане пережили бы утрату куда более спокойно, Черчилль всего лишь политик, а не вождь, в этом существенное отличие Британии от Германии и Советов. Политики заменяемы.


Посмотреть на Яндекс.Фотках

- Разве здесь нет радио? - отвлек меня от невеселых размышлений Аппель. – Простите, доктор Шпеер, но я прежде не бывал в рейхсканцелярии и не знаю, где таковое найти. Не хотелось бы пропустить речь фельдмаршала Вицлебена.

Я озадаченно крякнул. В здании совершенно точно не найдешь обязательных в каждом немецком доме Volksempfänger, «народных радиоприемников» в дубовых или бакелитовых корпусах, еще одного любимого детища фюрера. В столовой и комнатах отдыха стоят огромные стационарные монстры – радио с проигрывателем грампластинок, а вот банальные компактные приемники отсутствуют. Впрочем...

- А ну идемте, - кивнул я Дитмару. – Сейчас отыщем.

В личных комнатах Гитлера, это я помню совершенно точно, был вещательный приемник Philips 990 X, я сам подарил его фюреру два года назад к Рождеству и он оставил презент в рейхсканцелярии! Конечно, не «Олимпийский чемоданчик », отличающийся сравнительно небольшими габаритами, но принести его в кабинет трудностей не составит. Что мы и сделали.

Поскольку электрические розетки ради пущей эстетики были убраны в нижний ящик канцлерского стола, пришлось потеснить господина Аппеля. Успели вовремя, без двух минут двенадцать. В динамиках рокочет музыка Вагнера, увертюра к «Тангейзеру».

Интересно, кто сейчас занимается пропагандой, если Геббельса заключили под стражу? Статс-секретарь Вернер Науман? Исключено, его тоже предполагалось арестовать, как правую руку министра. Отто Дитрих, имперский шеф прессы? Нет, невозможно. Радиовещание сейчас под безусловным контролем СД, значит дело скорее всего поручено штандартенфюреру Эрвину Шульцу, начальнику отдела I-B.

Я согласно покивал, услышав знакомый голос – Ганс Фриче, самый известный радиоведущий Рейха, с этого года глава Отдела радиовещения министерства пропаганды и народного просвещения – Гейдрих как раз предполагал оставить его в покое и, в зависимости от умонастроений Фриче после «Валькирии», посадить в опустевшее кресло Геббельса.

Он хотя бы не фанатик, а человек здравомыслящий, кроме того к когорте «старых борцов» Ганса Фриче не отнесешь – в партию он вступил в 1933 году, переметнувшись к победителю из монархистско-консервативной «Немецкой национальной народной партии», DNVP Франца фон Папена и Альфреда Гугенберга, самораспустившейся после назначения Гитлера канцлером...

Фриче был краток: внимание всем, говорит Берлинское радио, сейчас вы прослушаете обращение к нации и Вермахту верховного главнокомандующего и рейхспрезидента Германской империи. Внимание!..

Я вновь отметил, насколько преобразился величественный кабинет канцлера. Все присутствующие гурьбой столпились вокруг принадлежавшего Гитлеру стола с инкрустацией – полуобнаженный меч мозаикой на столешнице, так нравившийся фюреру. Совершенно неуместное здесь армейское фельдграу, бледно-серая форма СД, гражданский костюм Юлиуса Аппеля, моя форма ОТ. Пахнет сигаретным дымом, пепел стряхивается прямо на пол. Грязные следы на мраморе. Случайно упавшие бумаги с черновыми записями. Сквозняк из приоткрытого окна.

- Говорит Берлинское радио...



* * *



В этот тяжелейший час испытаний...

Окровавленный кинжал, занесенный над Германией вероломной рукой вырожденцев и изменников...

Чудовищное предательство, неслыханное в истории цивилизованных народов...

Когда наши героические солдаты стоят у стен Сталинграда, когда Кригсмарине противостоит врагу на море, а Люфтваффе в воздухе, когда нация напрягает все силы, чтобы привести Рейх к неизбежной победе, эта чудовищная клика осмелилась...

Лишь благодаря своевременным и твердым действиям командования Вермахта и верных патриотов Германии из числа офицеров СС, удалось предотвратить трагедию, способную повергнуть страну в бездонную пучину...

Путч беспринципной банды ренегатов будет подавлен со всей беспощадностью...

Переродившиеся элементы в партии и чиновничестве, осмелившиеся покуситься на основы и поколебать фундамент, на котором воздвигнут храм единения нации...

Я, Иоб-Вильгельм фон Вицлебен, принял на себя бремя ответственности...

Германский народ обязан сохранять дисциплинированность и стойкость перед лицом внутренней угрозы...



* * *



- Ну и ну, - только и сказал Аппель, когда выступление фельдмаршала закончилось и снова взревели вагнеровские трубы. – Кто бы мог подумать, а?

Я с колоссальным трудом сдержал истерический смешок.

Речь Вицлебена, бесспорно, была выстроена по наилучшим канонами риторики, до таких неизмеримых высот и доктор Геббельс, признанный мастер пропагандистской словесности, редко поднимался. Очень убедительно, особенно в части создания крайне отталкивающего образа «внутреннего врага». В целом каждый, от чернорабочего до профессора, в Германии знают, что бонзы НСДАП попросту зажрались, и это весьма мягко сказано. Знают, но не говорят – чревато.

Сейчас эта истина (абсолютная правда, ни словечка лжи!) публично озвучена, да в каких декорациях! Вероломная попытка отстранить фюрера от власти! Сговор с западными плутократами! Беспрецедентная коррупция, вопиющее воровство, и это на фоне изматывающей войны! Суровое наказание неизбежно!

Ничуть не возражаю, по всем пунктам.

- Заметили, - полушепотом сказал мне Аппель, когда остальные разошлись от канцлерского стола, - ни слова о судьбе... Вы поняли, кого. Вас тоже не упомянули – пока существует рейхспрезидент, но где же правительство? Филиппика Вицлебена построена с замечательной грамотностью – озвучена угроза, в подробностях рассказано, как с этой угрозой мы будем бороться, но важнейшие вопросы не освещены. Замолчаны. Упор сделан на эмоции. Услышав об эдаких ужасах среднестатистический бюргер еще несколько дней будет проклинать вора и заговорщика гауляйтера, однако не станет задавать неудобных вопросов – а где, собственно, фюрер, на чью жизнь гауляйтеры и покушались? Выигрыш времени?

- Полагаю, вы правы, - тихо произнес я в ответ. – Ведь еще ничего непонятно. А вдруг?

- Случись «вдруг», - сквозь зубы процедил «министр без портфеля», - я бы порекомендовал носить с собой пистолет. Повторюсь: выход будет только один, героическое самоубийство.

Я механически нащупал в кармане «Вальтер». Такой вариант не исключен, чего скрывать. Тем более, что пока нет известий из Мюнхена, Гамбурга, Нюрнберга, Вены и прочих важнейших центров – видимый успех «Валькирии» в Берлине не означает, что в прочих городах план развивается с аналогичной безупречностью. Да и в столице, будем честны, не обошлось без стрельбы...

Теперь радио бубнило постоянно – как и раньше, через каждые полчаса оглашали краткие фронтовые сводки, развлекательные программы отменили, новости дня вообще отсутствовали. Передавалась только классика и военная музыка, но перебоев в вещании не было, значит станции полностью под контролем.

Работа двигалась, но я не скажу, что это была «канцлерская работа» - за последние годы я неоднократно наблюдал, как трудился Гитлер. Собственно, к нему стекалась вся информация о жизни Германии – экономика и производство, доклады полиции об умонастроениях, документы МИД, важнейшие данные разведки и так далее. Фюрер был очень трудоспособен, читал быстро, делал пометки, диктовал секретарям ответы на письма. А я сейчас занимался в основном сбором сведений о развитии плана «Валькирия» и руководством «Организацией Тодта» вкупе с собственным министерством - Аппель в одиночестве не справлялся, компетенции не хватало – издержки моего прежнего решения замкнуть управление военной промышленности на самого себя и решать важнейшие вопросы «в ручном режиме».

«Организация Тодта» как крупнейшая строительная государственная монополия играла в «Валькирии» одну из ключевых ролей. Не столь важную, как Армия резерва генерал-полковника Фромма, но и не второстепенную. Гражданская инфраструктура переведена в режим особой ситуации, усиливается штат на электростанциях, берутся под охрану плотины и шлюзы, дополнительный надзор за автострадами, мобилизованы строительные части на случай разрушения важнейших объектов – в движение приведены десятки тысяч человек.

Я быстренько набросал от руки «Чрезвычайную директиву» по ОТ с приказом беспрекословно выполнять все распоряжения нового правительства Германии – при этом отлично понимая, чем рискую, если мрачные пророчества Аппеля сбудутся. Отправил распечатать на машинке и затем разослать телеграфом по всем территориальным управлениями. Привычно написал в конце «Хайль Гитлер!» и тут же зачеркнул.

Сам Аппель не отрывался от телефонной трубки, стараясь убедить руководителей промышленности, что управление остается в наших твердых руках. Говорил с главным конструктором «Фокке-Вульф» Куртом Танком, с Круппом и доктором Порше, с Эрвином Адерсом и Вилли Мессершмиттом – все до единого были до паники встревожены сегодняшними событиями и требовали прямых указаний «досточтимого министра Шпеера». То обстоятельство, что я находился на связи обнадеживало – значит, доктор Шпеер к «заговору гауляйтеров» непричастен и остается должностным лицом, способным принять на себя ответственность.

Как же они предсказуемы. Это страшное слово – «ответственность». Потом всегда можно сказать, что мы всего лишь выполняли приказы и ничего не знали...

Да какая, в сущности, теперь разница? Мое имя в любом случае попадет во все учебники истории, пусть даже в качестве «однодневного канцлера». Хоть это утешает.



* * *



Рейнхард Гейдрих объявился к пяти вечера, запредельно вымотанный, бледный, но сохранявший достаточно бодрости, чтобы не повалиться с ног прямо сейчас.

- Олендорф вечером улетает в генеральный комиссариат Вайсрутения, - прямо с порога сообщил обергруппенфюрер, - с оперативной группой. Мы обязаны в точности знать, что же там произошло... Все вон!

Последняя реплика относилась к Дитмару, его помощникам и армейцам. Аппель тоже засобирался покинуть кабинет, но Гейдрих его окликнул:

- Вы, господин айнзатцгруппенляйтер, останьтесь. Или теперь прикажете обращаться к вам как к господину рейхсминистру?

- Как к исполняющему обязанности, - Аппель не остался в долгу. – И не сказал бы, что мне это нравится.

Я быстро понял, в чем причина необычной развязности Гейдриха – от него хорошенько несло коньяком. Понимаю. День выдался нелегкий.
Tags: литература, проект "Альберт Шпеер"
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments